G20: Начнём с триллиона, а там посмотрим

Вот и пришло время подводить итоги саммита «Большой двадцатки», завершившегося в Лондоне. Эксперты, аналитики и наблюдатели во всем мире не сходятся во мнениях. И все же большинство из них, даже на фоне недовольства венесуэльского лидера Уго Чавеса, констатируют успех мероприятия. Российские же эксперты теряются в догадках, почему именно триллион долларов спасет мир.

Ирина Кезик

По итогам саммита Джордж Сорос высказал предположение, что рост мировой экономики может возобновиться уже в следующем году. Одновременно с этим миллиардер заявил: несмотря на разговоры о возможном введении в будущем новой мировой резервной валюты, доллар еще очень долгое время не уступит своих позиций,

Financial Times полагает, что историки назовут этот саммит «моментом, когда мир, погруженный в экономический и геополитический хаос, впервые посмотрел на себя в зеркало». «Те, кто считает политику событием, а не процессом, будут разочарованы. Равно как и те, кто ожидал, что саммит решит проблемы глобальной экономики. Его заключительное коммюнике повторяет риторику, свидетельствующую о разнообразии диагнозов и лекарств для болезней мировой экономики», – отметили эксперты британской газеты.

По словам подводившего итоги саммита британского премьера Гордона Брауна, преодолев серьезные разногласия, участники «большой двадцатки» достигли консенсуса по принципиальной реформе мировой финансовой системы, определив шесть основных моментов: увеличение ресурсов МВФ и выделение средств для помощи наиболее пострадавшим от кризиса странам; борьба с «налоговыми оазисами»; регулирование бонусных выплат менеджменту компаний и банков; национальные пакеты конъюнктурных мер; ужесточение контроля за финансовыми рынками; обеспечение устойчивости национальных экономик. «Мы предпринимаем беспрецедентную финансовую экспансию, которая сохранит или создаст миллионы рабочих мест, уничтоженных по всему миру», – заявил Браун. Такие шаги, по его мнению, ускорят восстановление мировой экономики. И это может произойти раньше, чем прогнозировал МВФ. В последнем прогнозе, опубликованном в конце января 2009 года, речь шла о падении глобального ВВП на 0,5% в этом году и постепенном восстановлении экономики в 2010 году до 3%.

Президент Венесуэлы Уго Чавес подверг резкой критике решения лондонского саммита. «Я не ожидал, что на саммите G20 будут приняты столь непродуманные и глупые решения, хотя чего от них ожидать?», – заявил Чавес в телефонном интервью телеканалу Venezolana de Television из Тегерана. «Чего только стоит решение выделить МВФ и Всемирному банку 500 миллиардов долларов! Это то же самое, что бросать впустую грифам мясо – никакого толку не будет», – считает лидер Венесуэлы. Еще он высказал сожаление в связи с тем, что на саммите не нашли отклика предложения России и Китая о создании наднациональной валюты.

Российские же эксперты, в отличие от Чавеса, назвали саммит достаточно результативным. «Это хорошо заметно на фоне предыдущих неудачных попыток крупнейших государств начать какую-либо организованную работу по предотвращению развития кризисных явлений. Международные финансовые институты – МВФ, Всемирный банк – получат 750 млрд. долларов, 250 млрд. будет направлено на стимулирование международной торговли. Данное решение является оправданным, так как именно реинтеграция мировой экономики должна быть одним из основных приоритетов работы, направленной на преодоление кризисных явлений», – считает начальник аналитического отдела ИА «Интегрум» Игорь Чесноков.

В то же время, собеседник Iron Times считает необходимым отметить, что МВФ и Всемирный банк также нуждаются в реформировании и оптимизации. «В противном случае заливание мировой экономики деньгами может произойти по российскому сценарию, когда не совсем ясно, для чего выделяются деньги, и кому они достанутся, хотя в отчетных документах ситуация выглядит оптимистично. Слабо проработан вопрос борьбы с кризисом на национальном уровне. Очевидно, что мировые элиты еще не готовы к координации своих усилий по этому направлению», – полагает Чесноков.

С таким мнением согласился и начальник аналитического отдела Фондового центра «Инфин» Александр Иванищев. По его словам, в собраниях такого уровня, где собирается мировая политическая элита, никуда не уйти от политики, несмотря на важность обсуждаемых экономических проблем. «Полагаем, что политический фактор на лондонской встрече G-20 оказался определяющим. Прошедший саммит явился первым выходом американского президента Барака Обамы к своим коллегам. Совершенно очевидно, что по сравнению с первой встречей G-20 в Вашингтоне лондонские смотрины не имели права даже на ничейный результат. Основной итог саммита весьма красноречиво подвел сам Обама, заявив, что США и дальше останутся мировым лидером, несмотря на кризис и разговоры об утрате долларом позиций мировой резервной валюты. Стратегия беспроигрышная: кто кризис начал, тот и будет им руководить, в смысле выхода из кризиса», – отметил эксперт.

И все же российских аналитиков мучает главный вопрос – достаточны ли заявленные меры для того, чтобы остановить кризис? «Объявленный 1 трлн. долларов для стимулирования мировой экономики – это много или мало? Цифра, конечно, круглая, но она скорее говорит о том, что оценок того, сколько на самом деле нужно, пока нет. Начнём с триллиона, а там посмотрим», – недоумевает Александр Иванищев.

«Далее, – продолжает наш собеседник, – договорились о том, что 500 млрд. долларов члены G-20 передадут МВФ напрямую. Надо полагать, вклад каждой страны будет определяться в соответствии с голосующей долей. Это создаёт в будущем известный конфликт интересов при распределении помощи МВФ».

В общем, на словах все согласились играть по общим правилам. Кстати, в Вашингтоне в ноябре 2008 года тоже договаривались не препятствовать свободе торговли. Сегодня также есть опасения, что благие намерения могут столкнуться с трудностями при их воплощении. Во-первых, многие правила придётся ещё вырабатывать, что называется, на ходу. Кроме того, для кого-то в этих правилах могут быть сделаны исключения. Многое будет зависеть от механизмов их реализации и того, кто будет выполнять эти функции. Например, пока не ясно, кто конкретно и каким образом будет контролировать хэдж-фонды и рейтинговые агентства.

В целом, вопросов возникает пока гораздо больше, чем ответов. Психологическая реакция участников рынка на итоги саммита в целом оказалась позитивной: ожидали, что будет хуже. Надо полагать, первый эффект уже отыгран рынками.

Share Button